• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: трепещущие ресницы (список заголовков)
17:03 

Ich Liebe

AnnieAnorexia
Go to fucking Hell and let me sleep! ©Carlota Fabregas
Автор: AnnieAnorexia
Название: «Можно, я буду любить?»
Рейтинг: для меня G
Герои: Kaulitz twins
Жанр: POV Bill
Summary: Что, прямо говорить?


***
Ты любишь меня. Пусть это просто секс, я знаю, ты любишь. Просто страсть, просто влечение, просто… - нет, ты меня любишь. Что бы ты мне не говорил – ты ведь любишь меня, верно? Это неправильно, нехорошо, но ведь мы с тобой это знаем, правда? Ты хочешь меня – нет, это не правильно. Скажи – ты меня любишь, и я все пойму.
Нет, это всего лишь секс. Всего лишь тело, но знаю ли я, что ты думаешь? Я чувствую твое тело, твою страсть, твое желание – и все. Не чувствую твоей любви. Только похоть. Красноречиво назову это «страсть» - ну и что, что-то изменится? Да нет. Даже к наемной шлюхе ты чувствуешь больше, чем ко мне. Ну и что, мне все равно это нравится. Нравится думать, что ты меня любишь, когда ты просто имеешь меня. Мне нравится. Ты любишь меня?
Только тр*хаешь меня. Да, мы делаем это по несколько раз на дню, да-да, ну и что? Мне не нравится это, но телу, моему телу нравится. А у меня еще есть мозг. И мозг тоже только «за». Не знаю… Я не хочу секса. Хочу любви. Ты мой брат, чего тебе стоит? Ах, ну да, конечно – ведь ТЫ МОЙ БРАТ. Это шифр, на самом деле ты – Том Каулитц, похотливый и желанный всеми юноша. Да если честно, я тоже тебя хочу. Черт, чего мне надо? А что из того, что мне надо, ты можешь мне дать?
Ну вот, я опять развалился в кресле и жду, пока ты придешь. Или не жду? Конечно, жду. Жду, когда ты зайдешь в комнату, жду, когда возьмешь меня на руки, жду, когда поцелуешь. Жду… Нет, дальше не жду. Дальше я не хочу. Давай хотя бы в этот раз остановимся?..
-Билл? – это пришел ты, я уже слышу, как ты томно и неровно дышишь. Уже слышу то, что ты мне сейчас скажешь, хотя ты еще молчишь.
- Я хочу тебя, Билл, - говоришь ты, поднимая меня на руки. Кусаешь меня за ушко. Блин, мне это нравится, снова, снова…
- Я… я тоже, - отвечаю я. А что я хотел ответить? Я уже давно хочу сказать тебе всего три слова. Послать на три буквы. Но каждый раз я просто хочу тебя. И ничего больше.

Бесконечные перепихи. Стоя, лежа, сидя, дома, на кухне, в туравтобусе, в туалете за десять минут до интервью… мои постоянные стоны, всхлипы, крики… У тебя исцарапана спина, у меня синяки на теле, кому как больше нравится… Сильно и грубо – так хорошо. Но мне больше нравится, когда ты берешь меня нежно, долго ласкаешь, целуешь меня… Нет, грубо тоже хорошо. Вколачиваешь меня в спинку дивана, доставляешь мне неописуемое удовольствие. Я хочу заплакать, когда кончаю, слезы срываются с ресниц, падают… Ты почти любишь меня…почти.
Ты нашептываешь мне что-то, кусаешь меня, облизываешь мои губы… В очередной раз я всецело тебе отдался, хренов я сопляк. Я понимаю, ты любишь тр*хать меня. Я слышу от тебя только это слово из семи злоеб*чих букв. Мы только трахаемся, и все. Нам с тобой даже не о чем поговорить. А зачем говорить, когда ты можешь всю ночь напролет вколачиваться в меня, заставляя меня стонать от боли или от кайфа. Зачем нам слова?

-Я люблю тебя, - говоришь ты, лежа рядом и прижимая меня к себе, - Люблю…
Я киваю, как китайский болванчик. Ты говоришь какое-то заклинание из одного лишь слова, заставляя меня снова тебе отдаться. Ты любишь меня?…

Мы едем с тобой в машине, останавливаемся на светофоре. Ты тут же бросаешь руль и лезешь ко мне, чтобы поцеловать. Я сейчас могу сделать все, только не оттолкнуть тебя. Я понимаю, чем мы рискуем. Но я хочу.
Ну вот, зеленый. Машина снова движется, ты снова следишь за дорогой. Но твоя рука лежит у меня на колене. Да уж хорош я скромничать – мои ж мысли, чего стесняться?... – твоя рука на моей ширинке. Ты снова скажешь, что хочешь меня, едва мы останемся одни?
Створки лифта закрылись, и ты снова домогаешься до меня. Раздеваешь меня прямо здесь. И снова я могу все, но только не отказать тебе. Мне нравится, как ты покусываешь мои губы. Мне нравится, как ты тискаешь мое тело. Мне нравится, как ты это делаешь. Черт! – так противно! – ведь это так… грязно! Грязные животные желания… Да-да, это проснулись жалкие остатки моей гордости, но я разве прислушаюсь?
-Я… хочу тебя, - снова говоришь ты, жарко дыша мне в лицо, а я смотрю в твои глаза, от страсти ставшие черными, - Прямо здесь. Сейчас.
- Давай!.. – выдыхаю я, когда мы оказываемся в номере, - Ну же!.. – это снова не те три слова, которые я хотел тебе сказать.
Я снова чувствую, как ты наполняешь меня собой изнутри. Я снова издаю стоны, ты снова меня имеешь. Я жалкая шлюха своего брата, лишь исполняю свой долг. Интересно, а в животе у мамы ты тоже делал это со мной?!

Я стою и смотрю в окно. Сколько себя помню, в это время мы уже занимались любовью, я уже жду, когда ты придешь. Хотя… Уже инстинкт, что ж… Может, ты решил прекратить? Нет, это странно… Ну вот, я так этого не хочу, но стою и плачу, пробую на вкус собственные слезы, мне обидно – столько ты заставлял меня страдать, чтобы потом просто взять – и не прийти? Я не знаю, что ты чувствуешь, но Я-ТО ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!
Я меланхолично провожу ножом вдоль вен. Нет, это не больно, просто лезвие ножа такое холодное… Я лишь распорол кожу, вены даже не задел… Черт, что я делаю? Ведь ты придешь, увидишь это, пожалеешь и снова совратишь… Я хочу, давай, приди и скажи: «Билл, я хочу тебя», забудь о том, что вся моя рука в крови – да ладно, что уж, забудь, что я человек! – возьми меня!
Беру бинты и перематываю себе руку. Сам. Я так хочу, чтобы это сделал ты, так хочу… Но разве ты способен на это? Да нет, ты способен лишь е*ать меня дни и ночи напролет. Да ладно…
А вот и ты. Я слышу, как ты подходишь к нашему номеру, как дышишь за дверью, пытаясь придумать какую-нибудь новую фразу, чтобы соблазнить меня. Но, как обычно, ты скажешь…
-Билл, я хочу тебя… - ну вот, я же говорил!.. Да я тоже тебя хочу, даже очень, вот только хрен ты что получишь от меня!
-Том, нет… - это мои вообще слова?! Это мое вообще тело? Я прижался лицом к твоей груди, и пачкаю твою белую футболку тушью… А, нет, не пачкаю, она водостойкая, что ж…
-Ты плачешь?... Почему? – удивляешься ты, запуская руку мне в штаны.
-Том, не надо!... – говорю я, слегка отстраняясь. Нет, лучше бы я отдался тебе здесь, сейчас, так, как ты хочешь, все было бы лучше, чем чувствовать, что ты все еще хочешь меня, насильно раздеваешь. Я поднимаю лицо и смотрю тебе в глаза, пытаясь сделать выражение своего лица невинным – ну да, с моим блядским макияжем хер вам, а не невинность. А еще у меня есть брат.
-Что такое? – Ты пытаешься меня поцеловать, я отворачиваюсь, и ты попадаешь в щеку вместо губ.
-Ничего! – мне так хотелось, чтобы мы были одним целым, но… Соединиться душами, а не телами, Том, понимаешь?! – Ничего!
-Что-то случилось?
-Нет… - я снова бессильно тыкаюсь носом в твою футболку, - Я… не… хочу…
-Прости… Прости, если тебе больно, прости, я дурак… Прости… - ты отпускаешь меня от себя и уходишь.
Я остаюсь один. Один. Ты пошел к девочкам. А я один сижу в номере. Боже, как я тебя хочу… Да нет же!


Мы сидим перед журналисткой. Она задает нам какие-то тупые вопросы, а я смотрю на тебя. Ты притягиваешь мой взгляд, мое желание. Я прижимаюсь губами к микрофону, ненавязчиво вожу по нему рукой… Ты видишь это, облизываешь свои губы, на мгновение задержав язык на серебристом колечке. Журналистка смотрит на нас выпученными глазами, но что мне ее взгляд? Я смотрю на тебя, а ты смотришь на тебя, и в твоих глазах я вижу то, чего ты хочешь. То есть там отражаюсь я. Ну, терпи еще минут десять, мы покончим с этим интервью, и я разденусь для тебя в ближайшем же туалете. Эта пронырливая девочка журналистка думает, что видит нас насквозь… Ты так ошибаешься, девочка… Я уже знаю, кого ты будешь представлять, красавица, всаживая в себя вибратор.

Да. Сегодня мы трахнулись в туалете. Ты долго и упорно вколачивался в мое тело, прижимая меня к кафельной стене. Сегодня ты хотел грубо и быстро.

Ты снова пришел в номер.
-Я хочу тебя, - говоришь ты, прижимаясь ко мне. Достал… Я отталкиваю тебя, но всех моих ничтожных сил хватает лишь на то, чтобы слегка удивить тебя.
-Ты не хочешь? – спрашиваешь ты. Мне хочется усмехнуться. Снова этот вопрос.
-Я не хочу секса. Я хочу любви. Чтобы ты любил меня, понимаешь?! – выпаливаю я на одном дыхании.
Ты отходишь от меня на пару шагов, сдерживаясь, чтобы не взять меня прямо сейчас, и е**ть меня, слушая мои вопли.
-Я не могу. Я же… твой брат… - говоришь ты. Да? Классно, я не знал!
-То, что я твой брат, не мешало тебе трахать меня! – вспылил я.
-Это другое, - тихо говоришь ты. Да?! Неужели?!
-Ты издеваешься надо мной, Том?!
-Нет, -снова говоришь ты
-Иди на хуй! Мы уже никто друг другу, понимаешь?! Просто еб*мся, нам не о чем поговорить, понимаешь?! Хотя, правда, зачем говорить, если можно заниматься кое-чем поинтересней, да?! Ты ведь так думаешь?!
-Билл…
-Что?! Я девятнадцать лет уже Билл, ничего нового ты мне не сообщил! – резко выпаливаю я.
-Прости, - еле слышно говоришь ты и выходишь. Я выскакиваю из номера вслед за тобой, что-то ору тебе вслед, но ты не оборачиваешься. Я возвращаюсь обратно в номер, и так сильно хлопаю дверью, что настольная лампа падает, и красивый стеклянный абажур рассыпается тысячей осколков.
Ты!… Ты… как ты можешь… ты мой брат… по моим щекам текут слезы, мне так хочется прижаться к твоей груди, обнять тебя, но ведь ты ушел… Я хотел привязать тебе сексом. Получилось. Но теперь я сказал нет – и ты ушел. Я медленно сползаю по стенке около той злосчастной двери, даже не замечая, что сам сжимаю в руке осколки абажура. Зачем они мне?!
Происходит что-то странное – из-под двери медленно просовывается край белого листа, а вскоре он уже целиком лежит у моих ног. Я не могу найти в себе силы взять этот лист…Переворачиваю его, едва касаясь пальцами.
«Я хочу любить тебя, Билл. Можно, я буду любить?»
Каракули брата кажутся мне красивее почерка матерого каллиграфа.
Я рывком открываю дверь, а там стоишь ты. Я уже не стою на ногах, почти вываливаюсь в коридор, просто падаю в твои объятия, такие родные, такие теплые… Твои сильные руки подхватывают меня и несут в номер.
-Можно… Тебе можно все… - сбивчиво шепчу я, вдыхая самый сладкий запах твоего тела. Теперь я сам хочу. Я сделаю это первым.
-Ты любишь меня?... – говорю я, едва касаясь губами твоей шеи, чуть покусывая твою кожу. Я еще не верю, что это и вправду так.
-Люблю… - отвечаешь ты. Ты еще не научился говорить это слово, но я чувствую – ты любишь. Ты говоришь снова и снова:
-Люблю… - и вот ты уже привык к этому слову. Ты уже знаешь, как много оно значит. И для тебя, и для меня… Для нас.
Ты делаешь все так, как я люблю. Но не просто трахаешь меня, - нет! – ты любишь меня. Я это чувствую, но теперь это правда. Ты шепчешь «Люблю… Я тебя люблю…» - ты любишь меня.
« Я хочу любить тебя, Билл. Можно, я буду любить?» - Можно… Тебе можно все.

@музыка: Rammstein - Mein Herz Brennt

@настроение: хочу девочку, и мне скучно

@темы: Нихрена не на тему "Harry Potter", Трепещущие ресницы

19:18 

AnnieAnorexia
Go to fucking Hell and let me sleep! ©Carlota Fabregas
Автор: LynnZveiger
Название: Meine beste Sande
Жанр: Fluff, Twincest, PWP
Герои: Вам слово «Твинцест» ни о ком чем не говорит?
Наличие остальных пунктов оформления отобьет у вас желание читать.



***
Наконец-то автобус приблизился к знакомой остановке – от нее до дома сто метров, бегом – четырнадцать секунд, если штаны подтянуть… Так рассуждал Том, который буквально только что вернулся из тура вместе с Георгом и Густавом. Точнее, это был не то что бы тур – так, дружеская тусовка на островах. А Билла с ними не было – он подхватил где-то воспаление легких и отлеживался дома, окруженный вниманием и заботой Матери.

- Мам, я вернулся! – крикнул Том, ввалившись в двери дома. За те четырнадцать секунд, что он бежал, одежда успела промокнуть под проливным немецким дождем - что ж, пора отвыкать от палящего гавайского солнца! – Билл! Я тут!...
Разумеется, слова приветствия матери были сказаны так, инстинктивно – какая, к чертям, мать, когда по лестнице бежит, спотыкаясь, родной любимый брат. Да, ну и исхудал же он – широкие спортивные штаны, которые ему и так великоваты, того и гляди свалятся, а старая кофта Тома, которую Билл х.з. зачем нацепил, вообще болтается на его худеньком теле бесформенным мешком.
- И-иих!... – взвизгнул Билл, с разбега бросаясь на Тома, забыв придерживать штаны – они не свалились только благодаря случайности.
- Привет… - рассеянно говорил Том, чувствуя, как ресницы Билла щекочут его шею, как прохладные губы прикасаются к коже, - Мам… мы, если что, наверху…
- Да, дорогой, - покладисто кивнула Симона. Она знала, что первые часы после встречи всегда принадлежат только сыновьям, и ей нет там места. Для нее будет отведено время позже. Пока нужно подождать, чем-нибудь занять себя – сыновья насладятся встречей и снизойдут до матери. Такова уж участь женщины, подарившей жизнь близнецам, - Ужинать будем через два часа, вы, пожалуйста, сильно не задерживайтесь…
- Хорошо, мам!... – бросил Билл, взяв Тома за руки, - Пойдем… Пойдем, ну же… - Билл потащил брата вверх по лестнице, - Ты чего?


-Ты скучал? – спросил Том, когда Билл закрыл дверь на замок, - Нет, не включай свет. Лучше открой шторы, да-да, так лучше.
-Скучал, - Билл подошел к окну и раздернул шторы. За окном уже смеркалось, и комнату освещал лишь свет уличного фонаря, - Даже очень, - с этими словами Билл всем телом прижался к брату, - И как отдохнули? – Билл потянул вниз «бегунок» на замке толстовки брата.
-Замечательно, - Том запустил пальцы в густые черные волосы Билла, не уложенные на сей раз в прическу, а просто торчащие во все стороны.
- На водных лыжах катались? – кофта Тома упала на пол.
-Катались, - Том положил руки на бедра Билла. Нет, но какой он все-таки худенький! А бедра – вполне себе аппетитные. Том сдвинул чуть ниже резинку низко сидящих штанов Билла.
-А сам? – Билл запустил руки под футболку брата.
-И я тоже, - Том в ответ запустил руку за резинку штанов Билла, коснувшись пальцами его попы. Кости не торчат – и на том спасибо, да…
-И коктейли всякие пил? – хитро сощурившись, но глядя прямо в глаза брату, Билл быстро провел языком по губам Тома, словно пытаясь ощутить вкус тех самых коктейлей. Наверняка и его любимый коктейль Том тоже пил, хе-хе…
Том согласно кивнул, проведя языком по острым зубкам брата.
-И с девушками флиртовал? – ревниво спросил Билл, слегка оттолкнув от себя Тома.
-Флиртовал, ты ж меня знаешь… - Том потянул за «бегунок» «молнии» на кофте Билла. Ну, то есть, это была его кофта, короче, понятно, да? – Зачем ты это одел?
-Мне было скучно, я тебя ждал… А это твоя вещь… Брр, как ванильно… Ты меня понял? – Билл с виноватым выражением лица посмотрел на брата.
-Понял… - кивнул Том, оттягивая «бегунок» вниз, обнажая белую кожу Билла. Том знал, как выглядит эта кожа при свете ночника, под струями воды, в лунном свете ночью… Знал, какова она на вкус – приятно-сладкая, вожделенно-желанная. Том заметил, как сильно выделяется его смуглая рука на бледной коже брата, как чужеродно смотрится… Том провел пальцем по груди Билла, по ребрам, словно пересчитывая, коснулся ладонью низа живота…
-У меня есть для тебя сюрприз, - сказал Том, сунув руку в карман мешковатых джинсов, - Закрой глаза.
Билл послушно закрыл глаза, стоя посреди комнаты. Он почти обнажен, ведь на нем нет ничего, кроме великоватых штанов, а они, того и гляди, свалятся… Так хотелось оттянуть эти долгожданные моменты…
Шеи Билла коснулась холодная цепочка. Билл поежился от холода, и тут же на щеку ему легла теплая рука брата.
-Открывай уже глаза, что стоишь, как истукан? – весело усмехнулся Том, - Думаешь, я совсем там про тебя забыл?
-Вау, - выдохнул Билл, разглядывая подарок брата – на серебристой цепочке висел металлический кулон – коготь, который в свете уличного фонаря отблескивал всеми своими гранями, - Классно!
- Ну, вот видишь, я совсем про тебя не забыл, - Том широко улыбнулся, - Тебе нравится?
-Ага! – Билл с детской радостью смотрел на любимого братика. Вод ведь жопа, безделушка – а приятно до чертиков!
- Я тоже скучал, - тихо сказал Том, поднимая Билла на руки, - Эх ты…
-Нет, это все ты!... – зная, что сейчас будет, Билл игриво прикусил губу.



***
- Тебе было хорошо? – спросил Том, восстанавливая дыхание.
Билл кивнул.
- А я вот завтра снова уезжаю… - Том печально вздохнул.
-Уезжаешь? – Билл расстроился – ему сейчас больше всего не хотелось, чтобы Том уезжал. Хотелось, чтобы он остался. Прямо здесь. Надолго. Насовсем.
- Но ведь потом я снова вернусь, - Том как-то странно улыбнулся. Билл понял этот шифр. Он вернется. Они снова будут вместе (ну, теоретически это можно назвать и так).
- Люблю тебя, - Билл положил голову на грудь брата.



***
Симона третий час сидела на кухне, закрыв лицо руками, и уже давно пересолила слезами остывший суп. Она ждала возвращения сына Бог весть сколько времени. А сын вовсе по ней не скучал. Разве она ему нужна? Женщина хотела пойти наверх и позвать, наконец, детей к ужину. Но она знала, что она там увидит.
В суп снова капнула крупная слеза.

@темы: Трепещущие ресницы, назло ванилькам

!!!Афягейные фанфики!!!

главная